green_fr (green_fr) wrote,
green_fr
green_fr

Аристономия и Девятный Спас

Прочитал кучу Акунинских книжек. Во-первых, дочитал серию «Смерть на брудершафт» — легко, интересно, но не более. Пропал шарм «кино», особенно жалко было в эпизоде, принципиально невозможном не экране, когда автор описывает действия, но не упоминает, кто их производит. В книгах такое всречается сплощь и рядом, но тут же была претензия на визуальный ряд — а он невозможен.

Во-вторых, прочитал Юркину (спасибо!) «Аристономию» (коллеги тщетно пытались прочитать набранное заглавными «АРИСТОНОМИЯ», понимали, что это кириллица лишь под конец). От Аристономии очень сложное впечатление. Она перемежает «документальные» главы, в которых автор строит свою философскую теорию правильного человека, и главы романа. Автором игриво значатся Акунин и Чхартишвилли, хотя документальная отсылает к автору, которым Григорий Шалвович быть никак не может.

Часть-роман — однозначно самый лучший роман Акунина, что я читал. Часть-теория — резюмируется первой главой, все остальные части кажутся повторением, закреплением, чем угодно, но не читаемо.
Постоянно вспоминался Веллер — не столько потому, что он тоже писал не только беллетристику, но и трактаты о смысле жизни на Земле. Сколько из-за его теории о том, как надо писать. Не разжёвывать. Написав — перечитать и выкинуть половину. А потом ещё половину. Пока произведение не придёт в форму, из которой нельзя пожертвовать ни одним словом. Да, это экстремум, но роман-теория, на мой взгляд, впал в противоположность.

А на закуску прочитал ещё и «Девятный Спас» — тоже Акунин, под псевдонимом. И тоже очень, крайне хорошо. Здесь постоянно вспоминались «Гардемарины...» — роман-авантюра, Петровская эпоха, трое закадычных друзей. Но интереснее на порядок, конечно же, Акунин, всё-таки :-)


Из анекдотов — читаю «Аристономию», там герой проезжает мимо затонувшего в Севастополе крейсера. Переключаюсь на очередной том «Смерти...» — там немецкому герою дают задание этот крейсер потопить. Спойлеры!

Множество слов, происхождение которых автор ненавязчиво даёт читателю, типа «толмач» от tall macker (ну, или аналогичной конструкции другого германского языка). А хирург, проводящий операцию — «оператор».

И куча французских слов без перевода — Анюта обратила внимание, я их проглатывал на автомате. А вот интересно, как Акунин читается, если совершенно не знать французского?

Красивое выражение «сам-шестой» — вшестером. Аналогично «сам-второй» и т.п.
Tags: knigi, Борис Акунин
Subscribe

  • Tour Jean Sans Peur — Publicité au Moyen Âge

    Выставка про «publicité» в первоначальном смысле, то есть «rendre [information] publique» — это и современная реклама, и нынешняя пресса,…

  • Париж: реклама и витрины

    Ещё парижские фотографии внавалку. Неофициальная реклама против ядерной энергии. И явно те же авторы про Шадоков: А это реклама в метро,…

  • Лыжи 2017

    Съездили на неделю на лыжи. У Натанкина две недели каникул, поэтому на первую мы отправили его кататься одного (с его «гамельнской сестрой»…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments

  • Tour Jean Sans Peur — Publicité au Moyen Âge

    Выставка про «publicité» в первоначальном смысле, то есть «rendre [information] publique» — это и современная реклама, и нынешняя пресса,…

  • Париж: реклама и витрины

    Ещё парижские фотографии внавалку. Неофициальная реклама против ядерной энергии. И явно те же авторы про Шадоков: А это реклама в метро,…

  • Лыжи 2017

    Съездили на неделю на лыжи. У Натанкина две недели каникул, поэтому на первую мы отправили его кататься одного (с его «гамельнской сестрой»…