September 7th, 2018

2017

Pour la Science № 489 — как мы спорим

Статья с прекрасным названием «спор для победы или для знаний». И действительно, говорят авторы, достаточно вспомнить несколько своих недавних споров, чтобы понять, что есть споры, в которых люди участвуют для того, чтобы убедить оппонента — и есть те, в которых оппоненты спорят для того, чтобы узнать что-то новое, понять другую точку зрения.
На этом месте все дружно подумали, как они спорят исключительно для узнавания нового, и как все остальные мерзавцы спорят только лишь, чтобы переспорить. Я же дипломатично замечу, что регулярно встречающийся отказ от диалога (да что с ним разговаривать?! это же бессмысленно, его не переубедить!) — это как раз очень чёткий признак того, что в споре изначально постулировалась цель «переубедить», выиграть. Точка зрения оппонента на самом деле даже не интересовала, важно было именно рассказать тому, другому, который не слушает, — свою, правильную.

Так вот, статья на самом деле о том, что можно определить два разных типа сюжетов спора. Бывают вопросы, по которым у нас может быть только один объективно правильный ответ (например, простая математика). И бывают вопросы, по которым у нас не может быть объективно правильного ответа, это вопрос вкуса и личных предпочтений (например, что вкуснее: торт или курица). Точнее даже, говорят авторы, есть люди, склонные к объективизму (в идеале для них все вопросы имеют объективно правильное решение), а есть склонные к релятивизму (все вопросы могут иметь несколько равнозначных ответов). Ну а ещё точнее — у каждого из нас в голове склонность к объективизму или релятивизму зависит от контекста. И вот это вот — самое страшное.

Авторы сделали простой эксперимент. Взяли случайных людей, разбили их на две группы по убеждениям (в их примере по отношению к праву на аборты или на ношение оружия). Сформировали пары «спорщиков» и каждой паре случайно выдали характер спора: ваша цель — переубедить оппонента, а ваша — вывести общую точку зрения, под которой подпишутся обе стороны. Запустили, люди сидят, ругаются себе с удовольствием. Аргументы и общий стиль спора, очевидно, зависят от поставленной цели, но суть не в этом. Суть в том, что на выходе участникам подсовывают анкету, по ответам на которую чётко становится видно, что те, кто всего каких-то полчаса спорил «до победы», начали склоняться к объективизму. А спорившие для того, чтобы осознать аргументы оппонента, резко стали релятивистами.

И статья заканчивается гениальной фразой: ввязываясь в очередной флейм, задумайтесь не над тем, что вы хотите сказать оппоненту, а над тем, какую картину мира вы хотите создать у себя в голове этим спором. Офигительно.


Я тут же вспомнил, как на уроке английского неожиданно разговорились с учительницей примерно на эту же тему. Она спросила, что такое русская или там украинская кухня, а я вместо стандартного borzhschtch & pirojki вдруг начал рассказывать о том, как я в детстве был уверен в необходимости супа («первого») на обед. Каждый день. А если не будешь есть суп — у тебя будут проблемы с желудком. Более того, в общаге я даже проверил — и действительно, через пару дней без супа начинает ныть живот. То есть вот она правда — тебе рассказали, ты проверил, всё сходится, ЧиТД. А потом приехал я во Францию — а тут супа не найти вообще. Зимой ещё кое-где встречается, а так — только «луковый для туристов». И тут ты как-то не то чтобы перестаёшь верить в свою правду. У тебя становится существенно меньше пафоса в отстаивании этой правды. Опыт жизни за границей — это очень сильный стимул к релятивизму.

А ещё, вспомнил, как я сам определял свою собственную цель спора. Это, во-первых, чётко увидеть разницу двух точек зрения. А для этого нужно пройти от общего постулата (мы все хотим, чтобы всем было лучше жить) по всей логической связочки, приводящей к разным выводам (а для этого нужно разрешить / запретить гомосексуальные браки). И во всей этой цепочке, особенно в своей, нужно чётко осознать, что ты можешь доказать, а что ты сам воспринимаешь на веру. И в тот момент, когда разговор утыкается в разницу двух верований, спор прекращается (как можно переубедить веру?), но и накал страстей тоже снижается.


В статье упомянули эффект отгораживания, когда мы всеми этими лайками (а раньше — ручным вычёркиванием из друзей) выстраиваем вокруг себя круг общения, разделяющий нашу точку зрения. Я об этом уже читал, но каждый раз приятно задумываться об этом — пусть я так и не увидел пока решения этой по-настоящему серьёзной проблемы.

А также, эффект гипертрофированной реакции на эмоциональную информацию. Мы с большей готовностью расшарим крик ненависти, чем обстоятельный разбор какой-то ситуации — и здесь я снова порадовался сделанному уже давно выбору не смотреть / не читать текущие новости. Вместо того, чтобы прочитать кровавые подробности только что случившегося теракта, я предпочитаю выждать неделю и прочитать аналитику по этому же поводу. Что такого важного случится за неделю, на что я не смогу отреагировать без знания кровавых подробностей? Разве что с коллегами не о чем будет поговорить за утренним кофе, но с этим у меня и без новостной задержки проблемы.

Ну и пишут (очевидное, но тем не менее, не грех повторить), что и в обществе, и в семье проще жить релятивистам, чем объективистам.