November 9th, 2017

green_fr

Comédie française

Читая elmak, невозможно в конце концов не оказаться в Comédie française :-)

Сначала мы с Анютой пошли на экскурсию по театру. Слушать было интересно, но в отсутствие какой бы то ни было театральной культуры всё воспринималось в лучшем случае наполовину: рассказывают тебе о том, как радикально в какой-то момент актёров научили вбегать на сцену — а ты в лучшем случае выводишь из этого, что в классическом театре им полагалось входить спокойно. Эффект как бы пропадает. Больше в итоге запомнились какие-то мета-детали. Например, что длительность актов спектакля была завязана на размер свечей (свет меняли в антракте) — примерно так же, как до недавнего времени размер сцены в кино был ограничен размером бобины с плёнкой. На этом месте мы все, очевидно, задумались, какой может быть свет в театре, на что экскурсовод уточнил, что до относительно недавнего времени зал был ярко освещён, именно поэтому театр был местом светских встреч — зрители видели друг друга. А затем пришёл Вагнер, к его мрачным операм притушили свет, и вроде как красный бархат кресел примерно тогда же появился (он абсорбирует те остатки освещения, которые необходимы для сцены).

Рассказали про клакеров — я тут же вспомнил мою любимую подработку, когда к нам в институт пришёл парень нанимать «клакеров» в Большой театр. Это такие специальные люди, которые поднимают овацию в нужных местах. Нас с М. взяли на «Ромео и Джульетту» Прокофьева, где мы должны были аплодировать кормилице. Придя в ложу, мы поняли, что ни он, ни я — мы не помним кормилицу. Более того, весь сюжет в наших головах резюмировался «короче, все умерли». А тут ещё и балет, по репликам не догадаешься, кто из них кормилица. В итоге, мы бешено аплодировали при выходе всех женских персонажей. Так вот, во Франции они тоже были. Только, если верить нашему экскурсоводу, они хлопали за деньги — нас в своё время «наняли» за право бесплатно послушать хорошую музыку.

Мы давно знали, что «партер», несмотря на своё очевидно французское происхождение (par terre — на полу), на французский переводится как «orchestre» (устойчивое выражение «fauteuil d’orchestre» — место в партере). А здесь рассказали ещё про деление зала на левую (если смотреть на сцену) и правую стороны — côté jardin и côté cour соответственно. До Французской революции эти стороны назывались «côté du roi» и «côté de la reine» соответственно, т.к. именно так располагались ложи короля и королевы. После Революции всё переименовали, названия сторон пошли от тогдашнего зала Comédie française (находился в сгоревшем с тех пор дворце Тюильри), чья левая сторона выходила в сад, а правая — во двор.

А самое сумасшедшее, конечно, это логистика. Те театры, которые я знал в Москве, показывали один спектакль на одной сцене. Через пару месяцев спектакль снимали, вместо него монтировали новую сцену — и снова был один спектакль на одной сцене. Здесь же (вроде как это называется репертуарный театр) одновременно идёт несколько спектаклей. Что это означает для логистики — каждый день нужно два раза полностью сменить декорации. Потому как на выходных два представления, а на неделе днём идут репетиции в декорациях. Мы с Анютой восхитились работниками их сцены, фантастика просто!

Во Франции Comédie fraçaise ассоциируется с «классическим театром» — Мольер буквально на пару лет с ним разминулся, но его кресло до сих пор выставлено в фойе театра. Там же бюст Мольера — его делал Гудон (я про него недавно писал), и вроде как статуэтки мольеровской премии (в театральной Франции это примерный аналог Оскара) сделаны именно с этой статуи. Но при этом театр не выглядит совсем уж живущим XVII веком — мы заметили афишу «la Règle du jeu» по Ренуару.
green_fr

УБЗ: Часть 12. Дендерский зодиак

Последний выпуск Диванной Египтологии УБЗ! Номер выпуска как бы подталкивает нас к изучению зодиака. Рассмотрим потолок одного из залов Лувра. На нём изображено звёздное небо Древнего Египта. Потолок датируется самым концом египетской цивилизации — он был сделан для храма Хатхор и Изиды в 50 году до нашей эры. Постараемся рассмотреть, что на нём изображено. В первую очередь бросаются в глаза 4 женских фигуры в углах потолка, они поддерживают своими руками небесный свод — это (слева сверху по часовой стрелке) Север, Запад, Юг и Восток. Текст возле левой руки Севера гласит «Та, кто поднимает», а вдоль левого бока текст продолжается: «Я держу небо, мои руки держат небо, мои ноги несгибаемо стоят на земле, я неподвижно держу вверху свои руки, небо над моей головой»:


Collapse )